В одну сторону
![](https://portal-vn.ru/sites/default/files/img/kosmonavt_0.jpg)
По данным опроса, который ВЦИОМ провёл 5-6 апреля 2018 года, 60% россиян думают, что РФ занимает передовые позиции наряду с другими странами, а 24% - что Россия является единственным лидером. На передовых позициях, по мнению респондентов, находятся также США (64%) и Китай (45%).
Карьера космонавта для детей или внуков кажется интересной каждому третьему участнику опроса (32%). В 2009 году таковых было меньше - 23%.
Опрашивали взрослых, так что нет уверенности, мечтают ли сами нынешние дети полететь в космос.
Даже в 60-е об этом мечтал не каждый, хотя космонавтика служила заменой религии. Правильный советский ребёнок, считалось, хотел сделаться если не Гагариным (что уже было невозможно, поскольку место первого было занято навсегда), то хотя бы Леоновым, что ли. Пожарными и мороженщиками мечтали быть уже разве что будущие диссиденты.
Но я вот вполне сознавал, что космонавтом не буду. Куда мне! Разве можно запустить в космос человека, который падает с двухколёсного велосипеда? Но я и так туда летал, самостоятельно.
Стоит вечером, в сумерках, сгущающихся и холодеющих с каждой минутою, лечь в опустевшей песочнице на спину и смотреть вверх, на колкую россыпь, как делаешься совсем-совсем невесомым. Выбери на небе точку, смотри на неё, и тебя начнёт покачивать, покруживать, а потом небо потянет тебя, как в воронку – заметил, что уже не чувствуешь под затылком песка? И только испугавшись, ты вздрогнешь и выпадешь из восходящего потока - и снова приземлишься... припесочишься среди осыпавшихся куличиков.
Очень может быть, что дело – в головокружении от усталости и голода, потому что мама задерживается и давно пора ужинать...
Половина респондентов верит, что в ближайшие 100 лет люди достигнут Марса, причём 40% считают, что первой будет именно российская экспедиция. Тем более что их президент недавно им снова это обещал.
Но вообще-то не так давно пресса сообщала, что заявки на полёт к Марсу собирает какая-то голландская компания.
Вербуют голландцы не космонавтов, не лётчиков. Критерии скудны: не меньше 18 от роду и отменное здоровье. Предпочтение отдадут лицам с техническим образованием, но можно пробиться и без него. При такой нетребовательности просеивание претендентов могло бы оказаться делом не простым, если бы не одно обстоятельство: желающих честно предупреждают, что лететь им придётся только в один конец.
«Полёт до Марса займёт от семи до восьми месяцев. За это время пассажиры космического аппарата потеряют значительную часть своей мышечной и костной массы. Затем они окажутся на Марсе, чьё гравитационное поле во много раз слабее, чем на Земле. Это также отразится на их физическом состоянии, что означает, что они просто не смогут вновь приспособиться к силе гравитации Земли», - объясняют организаторы.
Яблонь на Марсе эти люди, конечно, не посадят. Воды там нет, атмосферное давление близко к вакууму, уровень радиации очень высок, температура часто меняется. Выжить можно будет только в жилых туннелях на глубине нескольких метров. В норах и отнорочках они и будут клубиться и копошиться, как какие-нибудь земные черви. Коли удастся, ещё и расплодятся, но их отпрыскам не светит даже судьба червя, потому что тот часто вылезает на поверхность, которой не видит, а всё же ощущает каждым колечком влажного брюха. А эти родятся и умрут в ограниченном пространстве.
Во всяком случае, они уж точно не смогут упасть на спину в песочнице, чтобы смотреть на звёзды.
Такой парадокс: улететь к звёздам, чтобы звёзд-то и не увидеть.
А знаете что: сильнее, чем взлёт из песочницы, помню возвращение... То, как ощущаешь кожей крупитчатость крупного песка, как оглядываешь глупые куличики, и почему-то начинает щипать в носу.
Возвращаясь издалека в свой город, испытываешь то же чувство. И даже общее неустройство города, в котором вырос, не раздражает - его бедность, заштатность, простоватость только умиляет. И старый асфальт, его трещины и ямки с радужной водой радуют ногу.
Да что там город! Город – это не только дома, что знакомы тебе, как облупленные (да они и правда облуплены), но и люди, которых обновила и приукрасила для тебя разлука. Однако, и приближаясь к знакомому перелеску, я нечаянно прибавляю шаг, а вступая под его сень, разглядывая расцветку лоскутной подстилки под ногами, не меняющуюся от осени к осени, замечаю пощипывание в носу. Никто здесь меня не ждёт, даже грибы мне не гарантированы - а вот поди ж ты... Некого узнавать; скорее уж - странным образом - в этих стволах, в медленно поднимающемся подросте, в пригодных для привала пнях и корягах узнаёшь самого себя, только на год моложе, здесь бродившего, здесь радовавшегося, оставившего часть себя, свой след... ба, да ведь это мой замятый окурочек, перезимовавший под снегом, выцветший на солнце, мой, точно!
Возможно, для человека нормально – уезжать именно для того, чтобы возвращаться.
Сайт newsru.com озаглавил сообщение об опросе ВЦИОМ так: «Улететь в космос хотела бы четверть россиян, выяснил ВЦИОМ». Мною сразу овладело сочувствие к беднягам, которые так отчаялись, что готовы отюда УЛЕТЕТЬ. Вот что значит «искусство заголовка». На самом деле такого вопроса социологи не задавали. Они спрашивали, не хотели бы соотечественники ПОЛЕТЕТЬ в космос, и желание отправиться в космические просторы туристами есть у 26% россиян.
Желающие улететь на Марс (не полететь – а именно улететь, с концами) присылают голландцам видеоролики про себя. Это правильно, потому что организаторы бесконечного тура намерены следить за улетателями всюду, даже в марсианских червоточинах, следить глазом телекамеры. Это будет шоу, вроде «Дома-2»: видимо, такое же гнусное и ещё гнуснее, потому что из него можно будет выйти, только умерев. И этот финал, надо полагать, покажут тоже: кто же церемонится с червями?
Но что-то мне подсказывает, что никакого полёта и не будет. Случится технический сбой, режиссёр скажет: «Всем спасибо, все свободны». Потому что самое интересное - не пребывание добровольцев на Марсе, и обещанные на полёт 6 миллиардов долларов можно не тратить .
Самое интересное – кто эти люди и почему они готовы получить билет в один конец. Они ведь даже не смертельно больные, раз от них требуется здоровье. Что же с ними случилось, какая произошла мутация, в результате которой отмерло такое естественное, такое необходимое человеку желание – вернуться?
С войны, из странствий, из реанимационной палаты - вернуться.
Одиссей не был профессиональным скитальцем, перекати-поле, иерихонской розой, которая может пустить корни, а может и не пускать. Он пережил приключения лишь для того, чтобы вернуться на свою Итаку. Хотя Итака – ничем не лучше островов, оставленных им за бортом. Кульминация эпического путешествия – это когда он стоит под грушей и смотрит на свой дом и домашних, не только не узнанный ещё, но и не замеченный никем.
Любимый сон обиженного ребёнка: вот годы спустя я вернулся к ним, которые смеялись надо мной, и вернулся этаким космонавтом-геологом-штирлицем, красивым, молчаливым, слегка насмешливым, загадочным, и они, заикаясь, спросили, а я, усмехаясь, ответил...
Главное - вернуться не хуже, чем был.
Жаль, что ВЦИОМ ничего не спрашивал у соотечественников о желании не ПОЛЕТАТЬ, а УЛЕТЕТЬ. Интересно же знать, какой такой процент из нас выбрал бы космос как пожизненное убежище, лишь бы не возвращаться на свою Итаку, в Россию со всеми её нестроениями, всенародно ругаемыми.
Нет, перед лицом не только неблагополучий, но и смертельной опасности человек внутренне рассчитывает на обратный билет. Он может не иметь возможности вернуться – но не отказывается от права сделать это.
Всякий из нас принадлежит земному биоценозу, всё равно - в городе или в лесу. А они там, на Марсе, в биоценоз не встроятся.
Они даже человеческое общество воссоздадут едва ли. Потому что дома мы – разные и дополняем друг друга. Там же, в туннелях, поселятся одинаковые мутанты, добровольно отказавшиеся от обратного билета.
Говорят, заявки на полёт в одну сторону подали двести тысяч... человек?
Разве не право на этот билет делает человека человеком?
Давненько не слышал ничего о проекте голландской компании. Вот почему затея её кажется мне каким-то разводом. Возможно, никто никуда и не должен был лететь. Возможно, это была просто проверка человека на человечность.